Италия, Часть 1

 

 

Florence, View from the top 2 

 

Первое знакомство

 

Мое первая встреча с Италией произошла в 1988 году. Я уже бегло описывала начало нашей эмиграции в заметках о Вене, писала о нашем необычном и слегка уголовном первом дне на западе, о нашем пансионате на Блумауэргассе. После трех недель в Вене из этого пансионата нас перевезли в Италию, и пассивный залог тут выбран мною не случайно. Мы, как и все эмигранты той поры, не покупали билеты, не выбирали дату переезда, нам просто было велено сложить вещи к определенному дню, за нами заехала машина из ХИАСА, и к назначенному сроку нас привезли на Венский вокзал в специально освобожденную от других пассажиров комнату, а потом, после долгого ожидания, под охраной автоматчиков довели до вагона и рассадили по купе, шесть человек в каждом. Вагон закрыли, автоматчики расположились в тамбурах, и поезд отбыл в знакомую только по книгам волшебную страну Италию.

Автоматчики охраняли не итальянцев от нас, а нас от возможных атак террористов. Слово «террористы» в тот невинный век казалось мне смешным, а угроза несуществующей. Когда через год, уже в Америке, кто-то стал терроризировать кампанию, в которой я работала, телефонными звонками, уведомляющими, что в здании спрятана бомба, моему начальнику-британцу приходилось меня чуть ли не выгонять на улицу. Он, коренной лондонец, хорошо знал, как взрывают здания. Он знал, а мне эти звонки казались шуткой дурного тона — я ничего не боялась; работы было много, и мне было жаль терять время, ожидая во дворе, пока полиция с собаками объявит очередной звонок пустой угрозой. От этой глупости меня окончательно излечило только 11-е сентября.

Все это было потом, а в этот день мой разум был занят уж точно не террористами. В купе нас была шестеро, вся наша семья, но верхние полки были заняты багажом. Разместив детей, Бориных родителей и всегда удачно устраивающегося Борю, я осталась без места и вышла в коридор. Сначала я занималась привычным для меня делом, т.е. выслушивала монологи незнакомых мне возбужденных людей, кивала головой, искренне сочувствовала их семейным и прочим проблемам. Потом все разбрелись по своим купе, а я осталась в коридоре одна. Вот так я и въехала в Италию, простояв одна всю ночь на ногах у окна.

Я помню, как я пыталась разглядеть названия мелькающих в темноте за окном маленьких станций, помню, как поезд влетал в туннели и вылетал с грохотом во тьму, помню, о чем я думала, и как мне было тревожно и неуютно. Спать мне не хотелось. Это была одна из самых памятных ночей в моей жизни, ночь между странами, между жизнями, ночь, в которую я пыталась что-то просчитать, что-то предугадать, и не угадала ничего, даже того, что эта страна станет мне как-то по-особому дорога.

Rome, Trevi 1

С рассветом я все-таки пробилась в свое купе и чуть-чуть подремала. Где-то в часе езды от Рима поезд остановился в чистом поле и нашему вагону была дана команда выгружаться. Началась паника: пожилые люди боялись, что поезд тронется и увезет их чемоданы и баулы. Быстро выстроилась цепочка из мужчин помоложе, и частично через двери, частично через окна все вещи были выгружены. Поезд ушел, а мы, отдышавшись, увидели невдалеке автобусы, которые, как оказалось, ждали именно нас. Как нам потом объяснили, место выгрузки каждый раз меняли, чтобы обмануть все тех же террористов.

Автобусы отвезли нас в Рим в незабываемый отель «Нордланд», в котором нам предстояло провести неделю. За эту неделю мы должны были, помимо всяких бумажных дел, самостоятельно снять себе квартиру в единственном выделенном в то время для этого месте — курортном городке по имени Ладисполи.

Italy, part 1, Coliseum

С легким трепетом в душе я сегодня нашла этот отель на TripAdvisor. Оказывается, он все еще существует, и идти от него пешком до Колизея действительно часа полтора, а транспортом всего 47 минут, но на транспорт не было денег. Гости отеля считают его средненьким, он занимает среди 1264 отелей Рима не самое почетное 1035-е место. Это правильно, таким он задним числом и помнится, не в Хилтоне же нас было поселять, да мы тогда и слов таких не знали.

Italy part 1, Piazza di Spagna and Spanish Steps 1

Отель «Нордланд» предоставлял нам полный пансион. Незабываемым он стал для меня в тот момент, когда мы в первый вечер спустились к ужину и я увидела, как мои сотоварищи по эмиграции штурмуют прилавок с булочками, бесцеремонно отталкивая тех, кто послабее. Для меня это был момент крушения многих иллюзий. Я вдруг поняла, что провела 40 лет в какой-то теплице и по определению считала всех эмигрантов людьми интеллигентными, уезжающими по тем же идейным соображениям, по которым уезжали мы. Термина «колбасная эмиграция» тогда, по-моему, еще не существовало, а я только потом, в Ладисполи, четко поняла, что некоторые люди, попав в хоть сколько-то экстремальную ситуацию, начинают искренне считать все дозволенным. Да, денег не хватало, но никто не голодал, и мне стало страшно от того, как быстро люди забывают про такую мелочь, как чувство собственного достоинства.

Я была большим двигателем эмиграции в нашей семье, но тут я, гордо отказавшись от булочек, ушла в свою комнату, расплакалась и произнесла смешную фразу: «Если они все едут в Америку, то я туда не хочу». Это у меня прошло, в Америку я все-таки хотела. Борцы за булочки в большой стране не очень заметны, лицо Америки они не изменили.

Ladispoli

То, как мы снимали квартиру, может само по себе стать сюжетом небольшого комического рассказа. Итальянского мы не знали, по-английски же милые итальянцы в основном не говорили. Потенциальные квартиры перехватывали и сдавали с наваром предприимчивые маклеры из эмигрантов. Нам платить маклерам было нечем, да и все из-за той же наивности не хотелось иметь дело с людьми, наживающимися на своем нищем брате-эмигранте. Выучив фразу «Affittasiappartamento?», неграмотную версию вопроса «Сдается ли квартира?», мы обходили виллу за виллой.

Среди эмигрантов были свои всезнайки, у которых были очень уверенные, но далеко не всегда верные версии происходящего. Один из таких всеведущих нам объяснил, что итальянцы особенно не любят одесситов и всех спрашивают, не из Одессы ли они. Мы поверили и на регулярный вопрос «adesso?», т. е «прямо сейчас?», честно отвечали «no, no, Minsk». Ответ с точки зрения хозяев был очень загадочным; мы повергали итальянцев в изумление и лишали себя всякого шанса на успех.

Квартиру мы все-таки сняли, случайно наткнувшись на владельца с неплохим владением английским. Интервью с ним длилось не меньше часа — наслышавшись историй пострадавших владельцев недвижимости, он пытался понять, будем ли мы продавать его вещи, красть его посуду и творить еще многое из того, что делают люди, решившие, что все дозволено.

Это первое в жизни интервью на западе мы прошли и стали счастливыми квартиросъемщиками. Квартира была хорошая, но плата за нее съедала практически все наше пособие.

Italy part 1 View from the top 4

Для меня в отличие от многих моих знакомых этот первый приезд не стал «римскими каникулами». Не знаю, почему так вышло, то ли из-за моей всегда мешающей мне обостренной чувствительности, так и не позволившей мне за три месяца адаптироваться к никогда до этого не испытанной и потрясшей меня атмосфере торгашества, воцарившейся в городке Ладисполи с приездом туда некоторых моих соотечественников, то ли из-за полной и почти униженной зависимости от мелких чиновников и вертухаев, то ли из-за пережитой там тяжелой болезни нашей маленькой дочки, а потом и моей, то ли из-за общей нервозности в городке, на улицах, в нашей квартире. При нас Америка вдруг начала отказывать людям в визах, и обстановка стала от этого накаленной, почти истеричной.

Я слышала о нервных срывах, которые происходили в этот период у некоторых людей. У нас ничего подобного не было, но мы почему-то вдруг обменялись нашими вполне до этого традиционными ролями. Мой трудоголик-муж в Италии не работал, не подучивал весьма прихрамывающий в то время английский, а гулял у моря, уделял много времени ребенку и читал всю до этого запретную для нас литературу. Я же, обремененная чувством ответственности, тратила каждую свободную минуту на улучшение моего неплохого английского и на расширение своих профессиональных навыков. Жизнь в Ладисполи мне не нравилась, и я усиленно готовилась к новой жизни в Америке.

Italy, part 1, Duomo 36

Спасением от эмигрантской суеты были выходы и выезды в настоящую Италию, и не только ходьба часами по полюбившемуся мне Риму, не только все доступные эмигрантам экскурсии, не только самостоятельное и не очень легальное путешествие в Милан (ночь в общем вагоне, день в Милане, ночь в общем вагоне), но даже будничные закупки продовольствия на итальянском рынке, где состоялось мое первое знакомство с той постоянной доброжелательной клоунадой, с той карнавальной атмосферой Италии, которая навеки завоевала мое сердце.

 

In Venice, 1988

Из всего итальянского периода нашей эмиграции сохранилась одна единственная фотография, сделанная нашими друзьями в Венеции. Вот она, приведенная здесь в сугубо исторических целях.

Описание трех месяцев, проведенных в Риме и Ладисполи на пути в Америку — это, наверное, не тема для путевых заметок, скорее это должно войти в очень смешную и очень грустную книгу об эмиграции, которую, боюсь, я так и не напишу, но которая все время крутится в моей голове.

Недавно я смотрела фильм о перебежчиках и невозвращенцах, убегавших из Союза в самые трудные времена. Мы уезжали легально, нам не пришлось плыть по морю в утлой лодчонке или угонять самолёт. Никакого геройства мы не проявляли, и я ничего не хочу драматизировать. Кому-то наверняка итальянский период эмиграции показался большим отпуском, но я честно пишу о себе и о своём восприятии.

Странно, но я полюбила Италию именно тогда, пережив там первое и на сегодняшний день единственное в жизни абсолютное бездомье и безденежье, навсегда утратив свои нелепые иллюзии по поводу интеллигентности и образованности всех своих соплеменников, продрожав там весь необычно холодный декабрь в неотапливаемой из-за безденежья комнате с мраморными полами, где от дыхания шел пар изо рта. Если бывает трудная любовь, то эта как раз такая: я ее выстрадала 25 лет тому назад.Такая любовь всегда настоящая, она на всю жизнь.

С той далекой поры я была в Италии много раз, каждый раз все больше влюбляясь в нее. У меня есть очень длинный список любимых мною мест, есть много фотографий, и всего мне не описать. Когда-то я прочла у Дины Рубиной замечательную фразу о том, что сначала следует быстро объездить весь мир, чтобы потом до конца дней ездить только в Италию. Это очень моя мысль; я даже согласна объездить не весь мир, я не жадная, я готова начать ездить в основном в Италию уже сейчас. Поразмыслив, я решила начать писать об этой стране как велит душа, в случайном порядке и сколько успею.

Italy part 1, Carnival 2

Продолжение следует.

Мара Мордухович, Энн Арбор, 2012 — 2014

Copyright @ Margaret Mordukhovich, www.maratravelblog.com

 

 

 

 

 

2 комментария

  1. Sasha Golod
    Сен 24, 2014

    Very warm and touching. On the surface we all went the similar paths, but with individual reaction and perception down to very small details and individual emotional tolls. It was interesting to read about yours. Thank you.

    • mara
      Сен 24, 2014

      Thank you. I really like the expression «individual emotional tolls».

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Copyright© maratravelblog.com